СИЛА РОССИИ. Форум сайта «Отвага» (www.otvaga2004.ru)

Объявление

Поздравляем с 100-летием РККА!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Наполеоновские войны

Сообщений 31 страница 32 из 32

31

Странный вопрос.

1. Потому что Наполеон - это Франция, а Франция в течение всего 18 века (с небольшим перерывом) была для России врагом, который последовательно вредил русской внешней политике и оказывал помощь врагам - финансовую, техническую, советниками и войсками.

2. Потому что экономические интересы России - это экспорт сырья в Англию, отказ от которого (прямое требование Наполеона) очень больно бьет по товарообороту.

3. Потому что главные союзники России в Европе - Пруссия и Австрийская империя, которые воюют с Наполеоном.

4. Потому что разгром Австрии и Пруссии означает разрушение европейского баланса и появление гегемона, способного справиться с кем угодно. "Останется только Россия, но я раздавлю ее" (с) один корсиканец.

32

Разведка и контрразведка в Отечественной войне 1812 года.
Об авторе: Игорь Григорьевич Атаманенко - журналист, писатель. Служил в органах контрразведки, подполковник в отставке.

Историки сходятся во мнении, что причинами Отечественной войны 1812 года стали отказ de facto России поддержать континентальную блокаду Англии, в которой Наполеон видел свое главное оружие против островной державы, а также нежелание Александра I мириться с политикой Франции в отношении европейских государств, проводимой без учета интересов России. Наполеон, в частности, стремился восстановить Польское государство с включением в его состав земель Литвы, Белоруссии и Украины и отказывался вывести свои войска из Пруссии, где они были размещены в нарушение Тильзитского договора, на чем настаивала Россия.

Как известно, после поражения русских войск в битве под Фридландом в июне 1807 года Александр I заключил с Наполеоном Тильзитский мир, согласно которому обязался присоединиться к континентальной блокаде Англии. По соглашению с французским императором Россия в 1808 году отторгла у Швеции Финляндию и сделала ряд других территориальных приобретений, а Наполеону развязала руки для покорения всей Европы, за исключением Англии и Испании.

Несмотря на это, Наполеон сразу после заключения Тильзитского мира стал вынашивать идею о войне с Россией. Первым, кто сообщил об этом Александру I, был министр иностранных дел Франции Талейран (вскоре смещенный со своего поста), желавший получить хороший куш от российского самодержца, да и вообще готовый ради денег продать кого угодно.

После неудачной попытки жениться на российской великой княжне Наполеон в 1810 году женился на Марии-Луизе Австрийской, дочери австрийского императора Франца, упрочив себе таким образом тыл и создав в Европе точку опоры. Вслед за этим началась активная подготовка к войне с Россией. По указанию Наполеона французское военное министерство принялось формировать новые воинские контингенты, войска скрытно концентрировались на подступах к будущему театру военных действий, организовывался новый комплекс тыловых учреждений, строились и укреплялись крепости за Одером, велся дипломатический зондаж по сколачиванию антироссийского блока.

Одновременно в первые месяцы 1810 года обозначилась повышенная активность французских разведывательных служб.

КАК ОНИ ЭТО ДЕЛАЛИ

Наполеоновская разведка обладала немалым опытом добывания военно-политической информации, на ее счету были успешные операции в Италии, Германии и Австрии. При всем том деятельность разведки оставалась в тени, ибо ее затмевали военные победы французского оружия, хотя почва для них в определенной мере была обусловлена достижениями разведчиков. Все дела разведки находились под личным контролем Наполеона, именно к нему стекалась вся информация. Непосредственным помощником императора в руководстве разведкой в делах российских выступали министр иностранных дел Маре и командующий Эльбским корпусом в Северной Германии маршал Даву. В штаб-квартиру маршала в Гамбурге поступала информация о русской армии, полученная из войск, а в Париж к министру – сведения от французских дипломатов и секретных агентов.

К первым месяцам 1810 года можно отнести и начало тайной войны против России, когда французская разведка стала действовать одновременно по многим направлениям, уделяя главное внимание агентурной работе. Агентура проникала в Россию под видом путешественников, торговцев, артистов, монахов и русских отставных офицеров. Активно использовались жившие в стране французы и другие иностранцы – гувернеры, врачи, преподаватели и прислуга местной аристократии.

Под руководством Парижа действовали и разведки государств, входившие в орбиту французского влияния. Из них наибольшую активность проявляла разведка Великого Герцогства Варшавского. Группа из трех польских агентов в 1811 году посетила Вологду, Архангельск и другие города русского Севера. Их интересовали военные укрепления, переправы через водные преграды, а также мнение местных крестьян о Наполеоне.

Поразительную осведомленность о тогдашних делах российских проявлял австрийский посол. Не отставало от него и посольство Пруссии в Петербурге, которое также имело своих платных информаторов.

Центром, руководившим проведением тайной войны в России, и одним из основных поставщиков информации о стране и ее армии являлось французское посольство в Петербурге. Через дипломатов переправлялись во Францию и сведения, добытые наполеоновской агентурой внутри страны. На эти нужды, включая подкуп иностранцев, МИД Франции ежегодно получал из казны от 3 до 5 млн. франков – астрономическая сумма по тем временам. До апреля 1812 года львиная доля этой суммы направлялась французским дипломатам, аккредитованным в России, так как Наполеон требовал, чтобы посольство в Петербурге ежемесячно присылало «обозрение» русских вооруженных сил.

Первый посол Наполеона в России генерал Савари стал впоследствии министром полиции, сменив на этом посту знаменитого Жозефа Фуше. Двое последующих – Коленкур и Лористон – также были не только дипломатами, но и генералами, и каждый в свое время стал главным резидентом французской разведки в русской столице.

Коленкур не справился со своими обязанностями дипломата-разведчика и вскоре был отозван из России. Во время аудиенции Наполеон жестко попенял ему, подчеркнув, что французские генералы, даже находясь в Париже, о положении в России осведомлены много лучше, чем дипломаты, наблюдающие страну вблизи, буквально из окон посольства в Петербурге.

Действительно, маркиз Коленкур, французский аристократ в десятом колене, в глубине души презиравший шпионаж, который он называл «подлым ремеслом», не мог похвастаться успехами на ниве тайной войны.

РУССКИЙ ОТВЕТ ФРАНЦУЗАМ

Столь бурная деятельность французов и иже с ними не могла остаться безнаказанной. В период 1810–1812 годов на территории Российской империи отечественными спецслужбами были задержаны 39 иностранных шпионов. Однако Комитету охранения общей безопасности и Министерству полиции становилось все труднее обнаруживать вражеских лазутчиков. Поэтому в сложившейся ситуации решено было создать в России специализированный орган военной разведки и контрразведки. Новое учреждение получило название Особая канцелярия при военном министре. Это был первый орган военной разведки в России. Тогда же, в 1810 году, был учрежден Институт военных агентов, в его состав вошли опытные полицейские чины, офицеры, имеющие опыт ведения боевых действий, сотрудники таможни и других силовых структур.

В 1810 году по указанию военного министра России Барклая-де-Толли за границу в российские посольства были направлены постоянные военные представители (военные агенты). Основной их задачей являлось ведение разведывательно-агентурной работы. Для ведения стратегической разведки во Франции и в странах Европы, подвластных Наполеону, были отобраны семь военных агентов из знатных дворянских семей: Александр Чернышев, Григорий Орлов, Павел Брозин (направлены во Францию), Павел Граббе (направлен в столицу Баварии Мюнхен), Виктор Прендель (отбыл в Дрезден – столицу Саксонии), Федор Тейль фон Сераскеркен (убыл в Вену), Роман Ренни (действовал в Берлине). Каждый из этой «великолепной семерки» получил задание добыть информацию о планах Наполеона, о его войсках и их концентрации на границах с Россией, а также составить аналитические обзоры о военно-экономическом потенциале Франции и ее сателлитов.

К началу 1812 года все семеро составили подробную карту дислокации французских войск, указали точную их численность – 450 тысяч человек, с которыми Наполеон перейдет российскую границу. На основании их донесений Особой канцелярией был составлен секретный меморандум, который затем был доложен Барклаю-де-Толли. В нем, в частности, указывалось: «Уклонение от генеральных сражений, партизанская война летучими отрядами, особенно в тылу операционной неприятельской линии, недопущение до фуражировки и решительность в продолжении войны – суть меры для Наполеона новые, для французов утомительные и союзникам их неприемлемые».

Информация агентов русской военной разведки легла в основу тактики и стратегии ведения войны, которых сначала придерживался Барклай-де-Толли, а затем и Кутузов.

ДЕЛО РОТМИСТРА САВАНА

Одним из самых впечатляющих эпизодов противостояния французской разведки и русских контрразведчиков является «дело ротмистра Савана».

Отставной ротмистр Русской армии Давид Саван с 1810 года проживал в Великом Герцогстве Варшавском – вассальном государстве Наполеона. Будучи небогатым и крайне стесненным в средствах, он решил устроиться учителем, но всюду, куда бы ни обращался, получал категоричный отказ. Эти трудности были искусственно созданы военной разведкой герцогства, считавшей кандидатуру Савана наиболее приемлемой для вербовки и последующей работы в России в качестве секретного агента.

Продержав некоторое время Савана на «голодном пайке», на него вышел сам начальник Генерального штаба и руководитель разведки герцогства генерал Фишер. В ходе вербовочной беседы он пообещал ротмистру благоденствие его семье при условии выполнения им разведывательных поручений.

В начале 1811 года Саван, получив секретное задание и деньги для его выполнения, прибыл в Вильно. Будучи русским патриотом, он сразу обратился к командованию российских войск и сообщил о своей миссии. Убыточно было упустить такой шанс, и по приказу Барклая-де-Толли контрразведчики из Особой канцелярии затеяли с французами оперативную игру.

В Варшаву Саван отправился уже как русский агент и доставил Фишеру интересующие его сведения. Они мастерски были подготовлены в штабе 1-й русской армии, в них дезинформация искусно переплеталась с фактическими данными.

Надо сказать, что сведения, поступавшие к французам от агентуры, действовавшей в России, были крайне скудны и противоречивы и нередко были пересказом слухов и небылиц. Французские генералы не доверяли источникам. На этом фоне доставленные ротмистром сведения выглядели весьма ценными и достоверными. Как следствие, новоявленный французский «шпион» получил повышение и был переведен в ведомство барона Биньона, руководителя секретной службы передового базирования наполеоновских войск. Здесь Саван одной рукой верстал планы обучения французских секретных агентов, подготовленных к засылке в Россию, а другой составлял шифровки, в которых сообщал о них контрразведчикам из Особой канцелярии. Нетрудно догадаться, каков был конец выданных лазутчиков.

Через Савана, пользовавшегося безусловным доверием Биньона, русским контрразведчикам удалось прогнать огромный объем дезы о количестве и качественном составе Русской армии, о планах ее командования. Но главная заслуга этого канала состояла в том, что с его помощью удалось ввести в заблуждение даже самого гения войны – Наполеона. А было это так.

В марте 1812 года «великолепная семерка» агентов Особой канцелярии донесла, что главной целью Наполеона является разгром русских армий превосходящими силами в самом начале кампании. Вслед за этим в дело вступил Саван, вернее, тот канал дезинформации, который он олицетворял. Ротмистр срочно вызвал на связь своего оператора – Биньона – и в ходе явки вручил ему «особо ценные» сведения о том, что Барклай-де-Толли намерен дать генеральное сражение еще в пограничной полосе. Каково же было изумление Наполеона, перешедшее затем в тревогу, когда на всем протяжении от Немана до Двины он не встретил ни одной русской воинской части! Французский император понял, что блестяще задуманное им начало, которое должно было превратиться в мгновенный разгром России, отодвигается на неопределенное время. И действительно, Наполеон с каждым шагом Великой армии по русской земле из-за растянутости коммуникаций вынужден был оставлять многочисленные гарнизоны в занятых городах, поэтому ему не удавалось собрать в кулак в одном месте достаточное количество солдат для генерального сражения.

Что касается дальнейшей судьбы Давида Савана, то с возникновением угрозы его жизни со стороны наймитов Биньона, который уже не сомневался в его принадлежности к русской контрразведке, Барклай-де-Толли распорядился 3 июля 1812 года отправить Савана в глубокий тыл – в Казань. Ему было выделено ежегодное содержание 1000 руб. ассигнациями, а его сыновья приняты студентами в местный университет.

Разумеется, «делом ротмистра Савана» не ограничивалась деятельность русской контрразведки в 1812 году. Еще перед войной была обезврежена шпионская группа в Бресте, несколько французских лазутчиков и их связные были отданы под суд и казнены на Украине. С началом военных действий был ликвидирован ряд наполеоновских агентов в Риге, Санкт-Петербурге, Смоленске и в главной квартире Русской армии – на Дону.

Широко проводилась контрразведывательная работа и во время заграничных походов Русской армии 1813–1814 годов. Русские контрразведчики внесли весомый вклад в победу над считавшимся непобедимым Бонапартом Наполеоном.

http://nvo.ng.ru/spforces/2012-12-14/14_1812.html