В России на фоне ожесточенной борьбы регулирующих органов с Telegram и VPN неожиданно обрушилась банковская цифровая инфраструктура. Председатель правления АРПП "Отечественный софт", президент компании InfoWatch Наталья Касперская сначала обвинила Роскомнадзор в обрушении половины сервисов Рунета, а после разговора с главой ведомства Андреем Липовым принесла извинения и признала, что причиной сбоя стал внутренний коллапс "Сбербанка". Ложечки нашлись, но осадочек остался, как говорится. По факту, миллионы людей, потерявшие возможность оплачивать покупки и переводить деньги, так и не получили внятных объяснений от властей. О том как блокировали, блокировали да не выблокировали — в материале Накануне.RU.
В первые дни апреля по всей стране массово легли банковские сервисы: переводы не работали, карты не принимались, наличные было не снять. Наталья Касперская тут же заявила, что виной тому "угар борьбы с обходом блокировок" со стороны РКН.
Пост Касперской разлетелся по соцсетям, и многие приняли версию о том, что блокировщики перестарались и положили банки, за факт. Однако после беседы с главой Роскомнадзора Андреем Липовым Касперская принесла извинения за поспешные выводы и признала, что причиной сбоя стал внутренний коллапс "Сбербанка". При этом она добавила, что гражданам очень не хватает прямой коммуникации с государством, ведь ни Минцифры, ни РКН не выступили с публичными разъяснениями, а объяснения "Сбербанка" были скупыми и закрытыми. Остались и вопросы.
И дискуссия, инициированная Касперской, переросла в обсуждение фундаментальных проблем — от технической реализации блокировок до их влияния на малый бизнес и IT-отрасль. Ведь блокировки наносят удар не только по свободе выбора, но и по некоторым отраслям экономики. В глобальной гонке искусственного интеллекта такие действия — выстрел себе в ногу?
Основная технология, используемая для блокировок, — это глубокий анализ пакетов (Deep Packet Inspection, сокращенно DPI), объясняет Касперская.
"Блокировка и одной коммуникационной платформы вызывает заметные технические сложности, но если этих платформ несколько, то мощностей блокираторов явно не хватает. При резком росте числа инспектируемых пакетов система DPI перестает справляться и начинает пропускать пакеты, поэтому при недавнем начале блокировки Telegram у многих вдруг снова заработал WhatsApp (принадлежит корпорации Meta, признанной в РФ экстремистской и запрещенной) и прочие забытые сущности западного цифрового мира. А также появилось видимое простому глазу замедление обычных ресурсов — некоторые сайты теперь открываются по 3-5 минут", — предполагает она.
По ее словам, курс на блокировку сверху дан жесткий, поэтому Минцифры приходится искать выходы — в том числе выделять 84 млрд рублей на расширение мощностей государственной системы DPI, написала она в своем телеграм-канале.
При этом стоит понимать, что VPN закупается даже для государственных органов. По данным СКБ-Контур от февраля 2026 года, имеет место, как выражается Касперская, "сюрреалистическая статистика": за 2025 год количество закупок VPN-сервисов выросло на 18,5%. Только в государственных органах на VPN потратили 20 млрд рублей.
Также без обходных тоннелей затруднительно работать IT-бизнесу — получать доступ к зарубежным платформам разработки и драйверам, например. Да и обычные компании применяют VPN для защищенной связи, удаленки и соединения с филиалами.
Поэтому взять и заблокировать VPN как нечто отдельное и губящее нас — невозможно. Речь может идти о точечных блокировках. Но и тут сложности. Касперская, чья компания зарабатывает на борьбе с киберугрозами, в целом согласна с необходимостью фильтровать контент в условиях информационной войны. Но она указывает на техническую невозможность точечной блокировки VPN без разрушения всего интернета.
"Не существует технической возможности заблокировать VPN, не нарушив работу всего Интернета, — подчеркивает она, ссылаясь на мнение специалистов. — И чем больше усилий и ресурсов будет вложено в блокировщик DPI, тем хуже все будет работать".
Тем временем, Минцифры выпустило методичку по обнаружению VPN в корпоративных сетях и на клиентских устройствах.
"Методичка чисто технически вполне адекватная, ее мог написать любой специалист по сетевым технологиям. Но она предполагает внедрение следящего программного обеспечения в корпоративной среде, в том числе на устройства сотрудников. На каком основании? Как это соотносится с 152-ФЗ о персональных данных, с законами о тайне переписки и прочими конституционными правами граждан?" — задается вопросом Касперская.
Также глава Минцифры Максут Шадаев обязал IT-операторов и IT-платформы (включая Ozon, Wildberries и другие) бороться с обходом блокировок. По данным "Коммерсанта", планируется, что у IT-компаний будут отнимать аккредитацию — то есть налоговые льготы — если они не будут бороться с использованием VPN их сотрудниками.
"Должны будут ловить "нарушителей" в офисе, в корпоративных сетях, — пишет Касперская. — Это значит, что министерство с блокировкой VPN на широких просторах не справляется и решило переложить эту интересную задачу на плечи бизнеса за его собственные деньги? Причем планируется, что проверять исполнение будет ФСБ, что особенно озадачивает".
Касперская перечисляет практические сложности: блокировка VPN — задача сложная вдвойне, так как сервисы используют механизмы сокрытия; в реестре аккредитованных компаний — 20 тыс., где брать специалистов? Протоколы VPN массово используются для защищенных коммуникаций, удаленной работы и связи филиалов, их надо будет отличать.
"Я лично не могу поверить, что ФСБ займется контролем выполнения этой странной инициативы на местах, в 20 тыс. компаний, — резюмирует она. — Самый простой сценарий — одни будут делать вид, что контролируют, а другие — что проверили. При этом появляется новый коррупционноемкий инструмент давления на бизнес?"
Блогер Zergulio, комментируя политику в области блокировок ряда сервисов, пишет, что она "ничего, кроме желания задумчиво почесать подбородок, не вызывает".
"Ведомство открыто решило переложить грязную работу на бизнес. Суть одна: государство пытается выдавить VPN-трафик экономически и чужими руками, избегая открытых репрессий. На практике это ломает саму идею удобного рунета: заказ продуктов, проверка баланса или покупка билетов превращаются в полосу препятствий. Бизнес получит падение конверсии и тысячи брошенных корзин, а миллионы людей — ежедневное раздражение и ненависть как к IT-гигантам, так и к самому Минцифры".
"Зергулио" также отмечает: "Ту энергию и средства, которые тратятся на борьбу с Telegram, VPN и доступом в интернет, направить бы на создание мобильных групп ПВО. Ни один украинский БПЛА не проскользнул бы". Он напоминает, что итоговая стоимость федерального проекта по увеличению пропускной способности систем блокировки Рунета составляет 84 млрд рублей, и с грустью иронизирует: "Может, властям уже дуст или мышьяк попробовать [против пользователей]? А то все полумеры какие-то".
Известный военблогер Юрий Подоляка в своем разборе объясняет, почему IT-сектор бежит из России. "Не потому, что не патриоты, — пишет он. — Наше государство решило бороться с обходом блокировок руками самого IT-бизнеса. Лишение аккредитации делает легальную работу невыгодной: налог на прибыль взлетает с льготных 5% до стандартных 25%, отменяются пониженные страховые взносы. Сотрудники теряют право на IT-ипотеку".
Подоляка напоминает, что глобальные платформы с готовыми блоками кода (вроде GitHub) заблокировали российские IP-адреса, производитель главных видеокарт для искусственного интеллекта NVIDIA закрыл доступ к драйверам, а создать аналоги внутри страны невозможно. "Российский разработчик без VPN сегодня — как строитель, которого не пускают на склад за кирпичами", — пишет он.
По его словам, если государство продолжит ту же политику, IT-компании будут вынуждены уходить из России. Но это — "еще меньшее из зол". Следующим этапом могут начать останавливаться медицинские центры, может сбоить банковский сектор и промышленность, потому что государство, фильтруя трафик, уже сейчас "валит" корпоративные сети и нарушает работу онлайн-касс и медицинского оборудования. Те, кто принимает решения, просто не понимают этих взаимосвязей, пишет в своем телеграм-канале Юрия Подоляка.
Член СПЧ и известный IT-предприниматель Игорь Ашманов еще в феврале предупреждал, что Telegram и VPN заблокируют в России уже в этом году. По его предположению, это делается лишь для того, чтобы расчистить дорогу национальному мессенджеру MAX. При этом сам Ашманов признался, что ему не нравится, "как его втюхивают". Он также предрек постепенное исчезновение альтернатив, сравнив будущее Рунета с Китаем, где "интернета нет, там есть WeChat и все".
Политолог Максим Жаров в беседе с Накануне.RU считает, что инициаторы ограничения Telegram не учли главного: общественное мнение в стране есть, и оно отражается в опросах. Рейтинги власти в последние недели снижаются достаточно существенно.
"Тем, кто принимает эти решения, нужно подумать и посовещаться. Если вы хотите отключать Telegram, то на основании какого закона вы это делаете? Нельзя постоянно блокировать — люди начинают искать пути обхода, вы просто создаете помехи общению, работе", — говорит Жаров.
Эксперт называет текущую политику блокировок ряда ресурсов бессмысленной. Никого еще не удавалось перевести из одной сети в другую пинками. Если людям неудобно на новом месте, они туда не пойдут.
"Нужно создавать альтернативу, причем удобную. Та площадка, на которую сейчас пытаются перевести, неудобна. Она предназначена для блокировки любого негатива. Политически активную аудиторию туда не перевести по определению. Не нужно считать людей дураками. Они живут в информационном обществе достаточно давно и разберутся, что правда, а что нет", — поясняет Максим Жаров.
Политолог напоминает, что некоторые соцсети уже пробовали вводить обязательную регистрацию и отменяли нововведения, видя отток пользователей.
"Если людям становится неудобно, они уходят. Как бы вы ни закручивали гайки, из-под палки регистрироваться будут. Нужно делать так, чтобы людям было удобно, и предлагать реальную альтернативу", — резюмирует Максим Жаров.
https://www.nakanune.ru/articles/124543/
Назови список тех у кого все в шоколаде и они пошли на защиту? 
