СИЛА РОССИИ. Форум сайта «Отвага» (www.otvaga2004.ru)

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Доктрина флота

Сообщений 121 страница 150 из 1000

121

Не получится ли таким образом тот МРК (МПК) о котором здесь многие мечтают? Так хоть некотороя унификация появится.

Корабль предназначен для речных и озерных театров, поэтому имеет соответсвующие обводы корпуса и всё прочее. Как прибрежный корабль он уже не сгодится. Да и что толку малому кораблю от "Уранов"? Никто под них не будет подставляться. Малые корабли более полезны для охраны, вроде пограничников

122

Кто может озвучить основные положения доктрины нашего флота?

123

Юрий написал(а):

Малый артиллерийский корабль проекта 21630 "Буян" - если убрать град-м и поставить на него уран или пакет (+ средства целеуказания). Не получится ли таким образом тот МРК (МПК) о котором здесь многие мечтают? Так хоть некотороя унификация появится. А уменьшив артиллерию можно усилить зенитные средства.

проект не особо удачен никак не может быть МРК, по причине своей мореходности и скорости.

124

Вот старая, новая ещё не стречалась

морская доктрина.doc.html

125

А новая - это какого года должна быть?

126

Новой (свежей) доктрины наверное нет. Командование ВМФ планирует в июне-июле 2010г только определиться с "новым обликом" флота, а после "  облика" должна появиться доктрина с приложениями, в т.ч. кораблестроительная программа (среднесрочная).

127

Поставлю сюда:Продление срока базирования российского Черноморского флота (ЧФ) в Севастополе актуализирует проблему обновления его корабельной группировки за счет ввода в боевой состав новых кораблей типа "фрегат" и "корвет" и малых подводных лодок, заявил РИА Новости в четверг главный редактор журнала "Национальная оборона", член общественного совета при министерстве обороны РФ Игорь Коротченко.

Президенты России и Украины Дмитрий Медведев и Виктор Янукович подписали накануне в Харькове соглашение по продлению базирования Черноморского флота РФ в Крыму после 2017 года. В документе предусматривается, что срок пребывания российской базы на территории Украины увеличивается на 25 лет с правом продления еще на пять лет в случае, если ни одна из сторон не заявит о необходимости прекращения соглашения. Предшественник Виктора Януковича на посту украинского президента Виктор Ющенко выступал против продления договора с Россией.

"Обновление корабельной группировки позволит иметь сбалансированный по ударным возможностям и боевому составу Черноморский флот, который обеспечит защиту геополитических интересов как России, так и Украины, которую сегодня мы рассматриваем в качестве одного из своих важнейших союзников на постсоветском пространстве", - сказал Коротченко.

Он считает, что в первую очередь Черноморский флот должен получить до восьми строящихся корветов типа "Стерегущий" и фрегатов типа "Адмирал Горшков", 10-12 минных тральщиков типа "Александрит", шесть-восемь малых артиллерийских кораблей типа "Буян", 10-12 ракетных катеров типа "Скорпион", а также восемь-десять малых подводных лодок типа П-750.

"Не исключено, что именно в Севастополе будет базироваться первый построенный по заказу России во Франции вертолетоносец типа "Мистраль", который также возьмет на себя функции корабля управления", - заявил эксперт.

Коротченко подчеркнул, что качественное обновление российского Черноморского флота отвечает интересам стабильности и безопасности в регионе и окажет сдерживающее влияние на Грузию, которая при поддержке ряда стран НАТО пытается реанимировать свой военный потенциал в целях продолжения политики силового давления на Южную Осетию и Абхазию.

Накануне командующие Черноморским флотом адмиралы Игорь Касатонов, Виктор Кравченко и Владимир Комоедов, которые руководили ЧФ в последние несколько десятилетий, также однозначно высказались в поддержку решения Москвы и Киева продлить соглашение о базировании ЧФ в Крыму на 25 лет и за необходимость обновления его корабельного состава.

Кравченко напомнил слова главкома ВМФ РФ адмирала Владимира Высоцкого о том, что с 2010 года на ЧФ будут приходить ежегодно по одному новому надводному кораблю океанской зоны и по одной подлодке.
http://www.rian.ru/defense_safety/20100 … 93524.html

128

Виталий Иванович (PQ) написал(а):

восемь-десять малых подводных лодок типа П-750.

а это уже интересно!

129

Виталий Иванович (PQ) написал(а):

"Не исключено, что именно в Севастополе будет базироваться первый построенный по заказу России во Франции вертолетоносец типа "Мистраль", который также возьмет на себя функции корабля управления", - заявил эксперт.

А это как Вам !

130

всех кто к ЧФ отношение имеет, с праздником

131

DELTA-4 написал(а):

Виталий Иванович (PQ) написал(а):
восемь-десять малых подводных лодок типа П-750.а это уже интересно!

лажа это все
хотя бы потому что торпеда разработанная под нее ("Латуш") имеет ТТХ уровня Т-5 немцев времен ВМВ ...

132

а какого она калибра?

133

DELTA-4 написал(а):

а какого она калибра?

40 см под 53 см ТА
для самовыхода обеспечена околонулевая плавучесть
делалась на базе  и так "куцей" СЭТ-72, вследствии обеспечения О плавучести ее ходовые качества практически "уполовинились"

134

я бы еще добавил... может для Балтики вообще имеет смысл ограничится малыми ПЛ...  :suspicious:

135

Lans написал(а):

ограничится малыми ПЛ...

разумеется

136

Разработанный МГШ "Закон о флоте" имел целью ввести в России такой же порядок, какой был уже заведен в отношении военного судостроения в Германии. Опыт проведения судостроительных программ, шаткость точек зрения на флот, неустойчивость применяемых решений, и многое другое, были достаточно убедительны, чтобы введением "Закона о флоте" положить этому предел, обязав законодательные учреждения, раз утвердив программу на много лет вперед, затем считать кредиты забронированными. Проект закона устанавливал определенный состав флота по годам с указанием сроков закладки новых кораблей и порядка замены устаревших судов.
   Линейные силы Балтийского флота, определялись проектом "Закона о флоте", в следующем составе: две эскадры "активного флота", состоящие из более новых и современных кораблей (по 8 линкоров и 4 линейных крейсера в каждой), и одна эскадра "резервного флота" (8 линкоров и 4 линейных крейсера), состоящая из кораблей более ранней постройки.
   В отличие от основных боевых эскадр, на последнюю третью составляющую морских сил - резервный флот - возлагалась задача подготовки личного состава, производства опытов для усовершенствования военной техники, представительства за рубежом и т.п. (выд. мной). В целом же он, состоящий из устаревших кораблей, предназначался для использования в военное время во второстепенных стратегических операциях. Сроки службы линкоров и линейных крейсеров устанавливались проектом по 22 года, считая со дня закладки, из них 16 лет в активном флоте, после чего следовал 6-летний период нахождения в резерве....

С.Е. Виноградов "Последние исполины Российского императорского флота"

137

Минимальный флот

О новом ВМФ РФ

Вопрос о том, какой России нужен флот, очень сложный. Сами по себе рассуждения, что нам нужен могучий флот, потому что у нас самая длинная в мире береговая линия, достаточно сомнительны. У Канады тоже гигантская береговая линия, а флот ничтожный. И чилийские ВМС — отнюдь не гроза морей. Надо заметить, что почти вся береговая линия нынешней России приходится на совершенно необжитые районы. Их, в общем, даже оборонять особенно не нужно, их защищает эта самая необжитость. Потенциальному противнику просто незачем туда высаживаться, он ничего, кроме проблем, не получит. Обжитые участки как раз очень короткие, на них и находятся наши основные ВМБ. Для собственно обороны этих участков, видимо, хватило бы береговых ПКР.

Если они растают всерьёз, то наше гигантское арктическое побережье не будет защищено уже вообще ничем — ни войсками, ни льдами. И у наших сокращающихся ВС заведомо не будет ресурсов для размещения войск в Арктике (особенно с учётом того, какие затраты потребуются на их снабжение). Правда, в последние годы кое-где (например, на Ямале) началось восстановление погранзастав, но они для борьбы с десантами не предназначены. Единственным спасением для нас, как это ни парадоксально, будет почти полная неосвоенность нашего Севера. Вражеский десант, даже если он высадится в каком-то из пунктов нашего побережья, просто не сможет никуда продвинуться, его загубят бездорожье и, несмотря ни на какое потепление, холод.
Ледовое побоище
Построить надводный флот, сопоставимый с американским, настолько невозможно и настолько не нужно, что вряд ли следует обсуждать данный вопрос. А несопоставимый тем более не нужен, он же заведомо обречён на очень быструю и бессмысленную гибель, если ему придётся встретиться в бою с «большими» ВМС.

Соответственно, против «больших» (США и Китая) нам нужен подводный флот. Причём он должен решать сразу множество задач: бороться с ВМС противника (и с надводными кораблями, и с ПЛ), рвать его коммуникации, работать против берега. Против США важнее первая и вторая задачи, против Китая — вторая и третья.

Дальше возникает вопрос — какие именно ПЛ нам нужны. Видимо, мы не можем позволить себе строить лодки «узкой специализации» вроде противоавианосных пр. 949. Нам нужно нечто более универсальное.

Кроме того, надо исходить из того, что внешнее целеуказание осуществлять в случае большой войны будет некому, ПЛ в этом плане должны рассчитывать только на себя. Соответственно, нет смысла размещать на лодке оружие, дальность которого превышает дальность её собственных средств обнаружения. Зато оружия должно быть много, чтобы ПЛ была способна воевать достаточно долго.

В целом, видимо, нам нужен будет один тип ПЛА, предназначенной для борьбы с морскими целями и имеющей возможность наносить удары крылатыми ракетами по береговым целям. Естественно, важнейшим требованием к лодкам является минимальный уровень шума. Если для самолёта малозаметность в значительной степени — «предмет роскоши», то для лодки скрытность — главное, в этом ведь и заключается основной смысл данного класса боевых кораблей. На СФ и ТОФ должно быть по 15—20 ПЛА.

А потом случилась перестройка. После чего Россия выпала из битвы за тишину. В середине 1990-х в США ещё по инерции волновались, насколько тихой будет новейшая российская АПЛ типа «Северодвинск» (проект 885). Но потом перестали волноваться, ибо эта лодка, заложенная в конце 1993 года, и сегодня ещё даже не спущена на воду.
Silent service ревущих коров Возможно, имеет смысл строить ПЛА и ещё одного типа, размером с нынешние РПК СН (возможно даже с лодку пр. 941), но несущие не пару десятков БРПЛ, а несколько сотен крылатых ракет. Но, конечно, это для нас в обозримом будущем тоже «предмет роскоши».

Что касается дизельных (точнее, неатомных) ПЛ, то, наверное, нет смысла строить лодки, дублирующие ПЛА. Возможно, целесообразнее было бы сосредоточиться на строительстве малых ПЛ (которых, соответственно, можно построить довольно много, по паре десятков на каждый из 4 флотов), предназначенных, в первую очередь, для обороны своего побережья. Нечто вроде северокорейских ПЛ типа «Санг О».

Кроме того, атаковать корвет могла, например, малая подлодка типа «Санг О», имеющая длину всего 35 м, но несущая 4 торпедных аппарата.
Если нельзя, но очень хочется, то можно Подобные лодки могли бы иметь по 6—8 ТА без возможности перезарядки, калибром меньше канонических 533 мм. Вполне подошёл бы, например, калибр 450 мм. Это позволит увеличить количество ТА на лодке. Разумеется, малая торпеда не гарантирует потопление корабля противника, но, возможно, это и хорошо. Вблизи своего берега может оказаться выгоднее не потопить корабль противника, а вывести его из строя. В идеале — лишить хода. Для противника спасение повреждённого корабля во «враждебных водах» может стать гораздо более серьёзной проблемой, чем спасение экипажа корабля затонувшего. В конечном счёте, это может привести его к дополнительным потерям.

А вот после окончания холодной войны в Европе и Азии вдруг стало очень популярным строительство ДК. Сначала в массовом порядке пошли ДВКД: французские типа «Фудр», итальянские типа «Сан Джорджио», испанские типа «Галисия», голландские «Роттердам» и «Йохан де Витт», японские типа «Осуми», китайские проекта 071. А за ними стали строиться и УДК: британский «Океан», французские типа «Мистраль», испанский «Хуан Карлос» и южнокорейский «Докдо». Классическим УДК является и строящийся сейчас в Италии «Кавур», хотя он классифицируется как лёгкий авианосец.
Яхт-клуб специального назначения Впрочем, для БФ и ЧФ возможна и постройка некоторого количества (по 4—6 на флот) «нормальных» дизельных ПЛ.

Что касается концепции строительства надводного флота, то его целью может быть «проецирование силы» в страны третьего мира, «демонстрация флага», а также повышение боевой устойчивости подводных сил.

«Частный корреспондент» уже подробно писал об идее закупки за рубежом контейнеровозов, которые можно переделывать в авианосцы и УДК. Кроме того, можно приобретать ещё и лихтеровозы для переделки в ДВКД.

Но, видимо, понадобится нам и лёгкий истребитель. Такой самолёт может пригодиться ВС РФ, во-первых, в палубном варианте (для полётов с переоборудованных контейнеровозов, о которых речь шла в статье «Авианосцы оптом, недорого»), во-вторых, как экспедиционный самолёт для поддержки мобильных сил, в-третьих, для непосредственного прикрытия войск и БПЛА над полем боя.
Крылья Родины Естественно, контейнеровозы и лихтеровозы не могут стать полными заменителями классических боевых кораблей. Они просто не способны действовать без охраны со стороны таковых. Какими должны быть боевые корабли океанской зоны?

Если исходить из того, что боевые контейнеровозы становятся основой флота, то для их обеспечения лучше всего, подойдёт, видимо, эсминец, являющийся развитием «Современного». Его главное предназначение — защита контейнеровозов в море и поддержка десанта. Поэтому им нужна сильная артиллерия (по крайней мере, не хуже, чем у пр. 956) и мощные ПКР.

Наверное, идеальным ударным соединением были бы 4 такие боевые контейнеровоза. Один классический авианосец для обеспечения противовоздушной обороны соединения, один носитель беспилотных летательных аппаратов (разведывательных и ударных), один вертолётоносец (десантно-противолодочный), один корабль-арсенал. Таких соединений следовало бы иметь одно-два на Северном флоте и два-три на Тихоокеанском.
Авианосцы оптом, недорого Что касается ПКР, наверное, идеальным вариантом был бы синтез вооружения эсминцев пр. 956 и индийского «Дели», то есть и «Москиты» либо «Яхонты» (против крупных кораблей), и «Ураны» (против малых кораблей и катеров). Ну и, разумеется, ПВО лишней не бывает, на эсминце она должна быть мощной, ЗУР должны находиться в УВП, как на последней модификации «Современного» (для Китая), а не на архаичных балочных ПУ. Видимо, в состав каждого ударного соединения должно входить 4—6 эсминцев.

Что касается прибрежного («москитного», «литорального») флота, то возникают огромные сомнения в его необходимости. Например, очень хочется понять, какова концепция боевого применения сторожевого корабля пр. 20380 («Стерегущий»). Против какого противника он будет сражаться при его крайне слабой ПВО и отсутствующей ПЛО?

Вторым компонентом наземных сил должны стать войска береговой обороны. Они могли бы включать как механизированные части, идентичные таковым, входящим в состав сухопутных войск, так и морскую пехоту. Задачей первых являлось бы отражение высадки морских десантов, вторых — содействие первым в противодесантной обороне, а также, наоборот, проведение собственных десантных операций (естественно, совместно с ВМФ). Местами дислокации частей и соединений береговой обороны стали бы Мурманская, Архангельская, Ленинградская, Калининградская и Астраханская области, Дагестан, Краснодарский и Приморский края, Чукотка, Камчатка, Сахалин и Курилы. Понятно, что эти части и соединения могли бы при необходимости задействоваться и для усиления сухопутных войс.
Четырёхглавый медведь Вряд ли вызывает сомнения тот факт, что должен отправиться в небытие класс малых противолодочных кораблей, которые сегодня, очевидно, не способны бороться ни с какими современными ПЛ, тем более они не подходят для борьбы с надводными кораблями и даже катерами, а уж про их ПВО лучше вообще умолчать. Вместо МРК и ракетных катеров гораздо проще (и, скорее всего, гораздо дешевле) установить вокруг основных ВМБ несколько дополнительных полков береговых ПКР большой дальности, каждому такому полку должен придаваться ещё и зенитно-ракетный дивизион. Боевая устойчивость и боевые возможности береговой обороны от этого лишь возрастут. Кроме того, побережье должны защищать войска береговой обороны, о которых шла речь в статье «Четырёхглавый медведь».

Не обойтись только без тральщиков. Наверное, есть смысл совместить приятное с полезным и строить ТЩ таким образом, чтобы в мирное время с них можно было легко снимать тральное оборудование и использовать в качестве патрульных кораблей для борьбы с пиратством и браконьерством, для чего понадобится хорошая артиллерия.

Наибольшее развитие корабли на воздушной подушке получили опять же в СССР (начиная с 1920-х годов). Запад начал развивать это направление лишь в конце 1950-х. Вскоре выяснилось, что для таких кораблей существует почти та же коренная проблема, что и для кораблей на подводных крыльях, — их полезная масса не может быть большой. Для поддержания на весу тяжёлого корабля нужно ставить очень мощные вентиляторы. А для движения корабля нужны огромные и мощные воздушные винты, занимающие очень много места и чрезвычайно уязвимые в бою.
Волновое сопротивление
Кроме того, Россия традиционно сильна в строительстве КВП (см. статью «Волновое сопротивление»), чем вполне можно воспользоваться. Наверное, целесообразно создать КВП модульного типа, который мог бы использоваться в вариантах МДК, ТЩ, артиллерийского и ракетного катера. Несколько штук таких универсальных КВП могли бы базироваться на борту каждого лихтеровоза либо в варианте МДК, если речь идёт о десантной операции, либо в варианте артиллерийских или ракетных катеров в операциях по борьбе с пиратством и браконьерством, а также для обеспечения операций интервенционистско-миротворческого характера. Ведь, как показал опыт последних локальных войн, ракетные катера эффективны лишь в бою с себе подобными.

Надо понимать, что экраноплан довольно велик по размерам, при этом не имеет никаких средств самообороны. Из-за этого его боевая устойчивость низка, поэтому вряд ли стоит использовать его в качестве средства для высадки первого эшелона десанта или как носитель ПКР. В обоих вариантах шанс выжить у него очень невелик, поскольку при высадке десанта его можно подстрелить даже из ПТРК или РПГ, не говоря уж о любой артиллерии. А ударный экраноплан противник может уничтожить и с помощью зенитной ракеты, и с помощью ПКР: отбиться ему нечем.
Не выше телеграфного столба У своих берегов с таковыми встретиться не придётся, то есть ракетный катер нам может понадобиться только в «выездном» варианте, в операциях против стран третьего мира. Здесь и нужны КВП на борту лихтеровоза. А вот у своих баз КВП должны использоваться в первую очередь как ТЩ (здесь можно поинтересоваться норвежским опытом).

Ну и, конечно, нельзя забывать про экранопланы. В этом классе вооружений мы традиционно были впереди планеты всей. Правда, есть большие сомнения в том, что у нас правильно понимают концепцию боевого применения этих машин. Об этом речь шла в статье «Не выше телеграфного столба».

Считается, что группа из 10—12 подобных кораблей способна перебросить бригаду сухопутных войск или морской пехоты за 10 ч на 900 км. Ни военно-транспортная авиация, ни обычные транспортные суда не способны решить такую задачу (первая — из-за низкой грузоподъёмности, вторые — из-за низкой скорости). Строительство подобной группы (не менее 12 быстроходных транспортных катамаранов, судя по последним сообщениям прессы) США предполагают вести в рамках программы JHSV (Joint High Speed Vessel), причём часть таких судов будет передана сухопутным войскам США. Американский филиал Austal приступил к строительству первого катамарана в рамках этой программы в конце декабря 2009 года, передача его ВМС США предполагается в 2012 году.
Два в одном
Вероятно, для закрытых морских ТВД (Балтийского, Черноморского, Каспийского) можно было бы приобрести некоторое количество десантных катамаранов типа американских JHSV. Могли бы такие корабли пригодиться и на Тихом океане для переброски войск на Сахалин, Курилы и Камчатку.

Впрочем, связка контейнеровозы-лихтеровозы-эсминцы — предмет роскоши. Их можно строить, когда остальные компоненты новых ВС уже укомплектованы и боеспособны. А поначалу можно обойтись только подлодками, тральщиками — патрульными кораблями и береговыми ракетами. Да, это экстремально, но, объективно говоря, этого вполне хватит для обороны с морских направлений. А что-то большее надо заслужить.

http://www.chaskor.ru/article/minimalnyj_flot_17413

138

Виталий Иванович (PQ) написал(а):

Для собственно обороны этих участков, видимо, хватило бы береговых ПКР.

дальше читать и не стал... уже по этой строке ясно уровень компетентности автора статьи...

139

СЕВЕРО-ВОСТОЧНАЯ АТЛАНТИКА В ПЛАНАХ НАТО

Капитан 1 ранга Ю. ГАЛКИН

   Как отмечается в иностранной печати, в начальный период войны большую роль будет играть Северо-Восточная Атлантика, в состав которой натовские специалисты включают северо-восточную часть собственно Атлантического океана, а также Норвежское и Гренландское моря, северную часть Северного и западную часть Баренцева моря. Считается, что без завоевания господства в Северо-Восточной Атлантике будет затруднено ведение боевых действий на Центрально-Европейском ТВД, под угрозой окажутся северный фланг НАТО, коммуникации между Североамериканским континентом и Западной Европой, по которым будут перебрасываться резервы из-за океана.
   Военно-стратегическое значение Северо-Восточной Атлантики определяется, по мнению зарубежных экспертов, тем, что ее воды являются воротами для развертывания в Атлантику боевых кораблей противника, которые создадут серьезную угрозу для трансатлантических сообщений между Североамериканским континентом и Европой, что может в значительной степени повлиять на ход и исход боевых действий на Европейском театре войны. В Северо-Восточной Атлантике расположены районы боевого патрулирования атомных ракетных подводных лодок (ПЛАРБ) США, Великобритании и Франции. Отсюда планируется наносить удары по важным объектам военного и экономического потенциала Советского Союза и других стран социалистического содружества самолетами палубной авиации и крылатыми ракетами морского базирования.
   В последние годы большое значение этот район приобрел из-за наличия значительных запасов нефти и газа в Северном и Норвежском морях, что имеет существенное значение для военно-промышленного потенциала стран — участниц блока. По оценкам экспертов, выявленные запасы нефти на конец 1987 года составляли свыше 2 800 млн. т. Поэтому в случае возникновения кризисной ситуации возникает проблема защиты нефтегазовых разработок.
   В мирное время присутствие ВМС стран НАТО в Северо-Восточной Атлантике обеспечивается постоянным патрулированием ПЛАРБ США, Великобритании и Франции, а также нахождением в этом районе многоцелевых атомных и Дизельных подводных лодок. Самолеты базовой патрульной авиации «Орион» (США и Норвегии), «Нимрод» (Великобритании), «Атлантик» (ФРГ и Франции) совершают регулярные облеты данной акватории. Кроме того, в Норвежском и Северном морях отрабатывают задачи боевой подготовки корабли постоянного соединения ВМС НАТО на Атлантике. Функционирующая здесь система дальнего гидроакустического наблюдения СОСУС контролирует большую часть Норвежского моря. Она включает береговые гидроакустические станции и гидрофоны, установленные на дне океана и морей. Данные этой системы используются для наведения самолетов базовой патрульной авиации, подводных лодок и надводных кораблей на обнаруженные ПЛ противника. В целях повышения вероятности обнаружения подводных лодок в зонах низкой эффективности системы СОСУС организуется патрулирование специальных судов гидроакустического наблюдения типа «Сталворт», оснащенных буксируемой системой дальнего гидроакустического обнаружения SURTASS. Судя по материалам зарубежной печати, эти суда способны пеленговать шумящие подводные объекты на дальностях около 550 км и классифицировать ПЛ на расстоянии до 140 км.
   Рассматривается вопрос о развертывании на постоянной основе в водах Северо-Восточной Атлантики на рубеже о. Гренландия — о. Исландия — Британские о-ва оперативного соединения кораблей НАТО с задачей воспрепятствовать проходу советских ПЛ через рубеж с началом боевых действий. Необходимость создания такой группировки уже в мирное время обосновывается тем, что с возникновением кризисной ситуации боевые корабли ВМС США, которые составят ее основу, смогут прибыть в этот район Северо-Восточной Атлантики только через несколько суток.
   Как отмечается в иностранной прессе, в угрожаемый период в Северо-Восточной Атлантике планируется развернуть мощную группировку ВМС, включающую около 150 боевых кораблей и до 400 боевых самолетов и вертолетов из состава ВМС США, Дании, Великобритании, ФРГ, Норвегии и Нидерландов (см. рисунок), а в отдельных случаях и Франции. Из них предусматривается сформировать ударный флот НАТО: до трех авианосных ударных групп (АУГ), не менее двух поисково-ударных (АПУГ) и ракетную ударную (РУГ). Их будут поддерлсивать четыре-пять корабельных поисково-ударных групп, самолеты базовой патрульной авиации, а также силы и средства континентальной ПВО.
   Командование НАТО считает, что в военное время ВМС, развернутые в этом районе, должны решать следующие основные задачи: завоевание господства на море и превосходства в воздухе; оказание непосредственной авиационной и корабельной огневой поддержки сухопутным войскам на Северо-Европейском ТВД; проведение морских десантных операций в Северной и Центральной Норвегии; защита морских и океанских коммуникаций с целью осуществления бесперебойной перевозки сил усиления, вооружения, других военных и экономических грузов. В последнее время важное значение придается защите нефтегазовых комплексов в Северном и Норвежском морях, организация защиты которых входит составным элементом в общие планы боевого применения объединенных ВМС блока по завоеванию господства в Северо-Восточной Атлантике.
   Как считают натовские специалисты, главной задачей объединенных ВМС в начальный период войны будет завоевание господства в Северо-Восточной Атлантике путем уничтожения сил флота противника, в первую очередь подводных лодок, недопущение развертывания его боевых кораблей из военно-морских баз и пунктов базирования. Решение данной задачи будет достигаться комплексным использованием самолетов палубной авиации и корабельных ударных групп, береговой авиации и других сил, нанесением массированных ракетно-бомбовых ударов авиацией и кораблями ударного флота НАТО по группировкам кораблей, базам, объектам системы управления и связи, складам, арсеналам и другим целям.
Борьба с подводными лодками считается одним из важнейших видов операций (боевых действий) в этом районе Атлантики. Она включает поиск и уничтожение их на выходах из баз, на маршрутах развертывания (на переходе морем) и в районах боевого патрулирования.
   Противолодочные действия, по мнению западных специалистов, развернутся в основномм на противолодочных рубежах в Баренцевом и Норвежском морях: м. Нордкап—о. Медвежий; о. Гренландия — о. Исландия — Фарерские и Шетландские о-ва— побережье Норвегии. Командование НАТО планирует развернуть на рубежах мощную группировку противолодочных сил. Здесь же предусматривается постановка минных заграждений. Для этого могут быть задействованы подводные лодки, надводные корабли и самолеты базовой патрульной авиации (БПА), а в последние годы в ходе учений объединенных ВМС НАТО постановки мин отрабатывали американские стратегические бомбардировщики В-52. Наиболее современной американской противолодочной миной, которая может быть использована на глубинах до 800 м, является Мк60 «Кэптор», боевой частью которой является малогабаритная торпеда Мк46 мод. 4. В целях срыва развертывания подводных лодок в Атлантику постановку минных заграждений планируется осуществить за 1—3 сут  до начала боевых действий.
   Для повышения эффективности борьбы с подводными лодками противолодочные корабли ВМС США, Великобритании и Франции оснащаются ГАС с протяженными буксируемыми антеннами (ПБА). В последние годы наблюдается тенденция формирования КПУГ смешанного состава (один-два корабля с подкильными ГАС и один-два оснащенных ГАС с ПБА). В состав авианосной поисково-ударной группы может включаться до четырех кораблей, имеющих ГАС с ПБА.
   По оценке зарубежных специалистов, главную роль в борьбе с группировками надводных кораблей вероятного противника при решении задачи завоевания господства на море будет играть авианосное ударное соединение (АУС), включенное в состав ударного флота НАТО на Атлантике. В АУС могут входить до четырех американских многоцелевых и один-два английских противолодочных авианосца, более 40 кораблей охранения, 360—380 боевых самолетов, в том числе около 160 носителей ядерного оружия. Кроме того, в ударном флоте будут сформированы амфибийно-десантное соединение и силы обслуживания, а также другие соединения, которые создаются для решения конкретных задач. Основными районами маневрирования основных сил ударного флота является акватория Норвежского и Северного морей. Боевые действия ударного флота будут вестись совместно с самолетами БПА, тактической авиации берегового базирования, силами корабельных соединений объединенных ВМС НАТО, а также самолетами ДРЛО и управления Е-3 командования АВАКС НАТО.
   Важным средством ведения боевых действий на море являются ударные самолеты палубной авиации. В целях борьбы с разнородными группировками противника используется, как правило, до 70 проц. самолето-вылетов, из которых 50 проц. — для нанесения ударов по кораблям в море и 20 проц. — для обеспечения основных видов обороны авианосной группы. При нанесении ударов по надводным кораблям палубная авиация действует на удалении 500—600 км от авианосцев. Удары по одиночным кораблям (надводным целям) планируется наносить группами палубных штурмовиков А-7Е «Корсар», А-6Е «Интрудер» и F/A-18 «Хорнет» (три-четыре самолета в группе) под прикрытием двух-трех самолетов истребительной авиации. Для наведения ударных групп привлекаются самолеты ДРЛО и управления Е-3, Е-2С «Хокай» и «Шеклтон». При нанесении ударов по групповым морским целям количество последних увеличивается. Оно определяется возможностями ПВО противника и составляет около 20 самолетов, из которых половина — ударные. Удары наносятся с одного или нескольких направлений с использованием противокорабельных ракет (ПКР), авиационных бомб и стрелково-пушечного, вооружения. В целях дезорганизации ПВО корабельных соединений и отвлечения ее активных средств на ложные направления широко отрабатывается применение групп демонстративных действий (три — шесть штурмовиков), а также прорыва и подавления средств ПВО (до восьми самолетов), что существенно повышает вероятность прорыва основных групп к объектам удара и их уничтожения. На учениях самолеты палубной авиации действуют в основном в светлое время суток, совершая ежедневно в среднем по два самолетовылета.
   Основным боевым формированием по завоеванию господства в ограниченном районе моря является корабельная ударная группа (КУГ), которая имеет в своем составе около шести кораблей, вооруженных ПКР с дальностью действия до 130 км. В КУГ могут включаться крейсер УРО, два-три эскадренных миноносца и фрегата УРО (см. цветную вклейку), несколько эсминцев и фрегатов. Она выдвигается на угрожаемые направления на дистанцию до 200—250 миль от авианосца. Наведение КУГ и целеуказание при стрельбе ПКР может осуществляться не только собственными средствами обнаружения, но и по данным внешних источников.
   В последнее время широко отрабатывается нанесение ударов по корабельным группировкам противника в Норвежском море самолетами тактической и стратегической авиации, вооруженными ПКР. В ходе учений для уничтожения надводных кораблей противника или конвоя формировались ударные группы из четырех — восьми самолетов, при нанесении удара по одиночной цели — группа из двух самолетов.
   Одной из задач группировки объединенных ВМС НАТО, развертываемой в Северо-Восточной Атлантике, является оказание непосредственной авиационной и корабельной огневой поддержки группировке сухопутных войск, действующей в Центральной и Северной Норвегии. Командование НАТО планирует решать ее только после завоевания господства в указанном районе моря. Для этого привлекаются как надводные корабли в составе оперативных соединений и групп различного назначения, так и подводные лодки с крылатыми ракетами, авиация ВМС и силы морской пехоты. Особенно возросла в последнее время роль боевых кораблей в связи с вооружением их крылатыми ракетами «Томагавк». Так, в ряде учений ОВС НАТО отрабатываются вопросы использования в Норвежском и Северном морях новых корабельных формирований — ракетных ударных групп. Каждая такая группа может включать до пяти боевых кораблей: линейный корабль типа «Айова», вооруженный КР «Томагавк», один-два крейсера УРО и несколько эскадренных миноносцев и фрегатов, в том числе кораблей УРО. Как отмечают иностранные специалисты, РУГ будет способна оказывать эффективную поддержку сухопутным войскам на приморских направлениях путем не только нанесения высокоточных ракетных ударов по важным береговым объектам, но и использования корабельной артиллерии.
   Судя по материалам зарубежной печати, возможно развертывание в Северо-Восточной Атлантике до двух РУГ, районами действия которых будут Норвежское и Северное моря. Эффективным средством оказания поддержки сухопутным войскам на Северо-Европейском ТВД является палубная авиация АУГ, развернутых в Северном и Норвежском морях. Авианосцы при решении этой задачи маневрируют, как правило, на удалении до 150 миль от побережья, производя подъем палубной авиации группами по 4—12 машин. С целью увеличения глубины воздействия авианосной авиации по береговым объектам районы боевого применения авианосцев, если этому благоприятствует обстановка, будут приближаться на расстояние 50—100 миль от береговой черты. В отдельных случаях, в частности для нанесения ударов по вторым эшелонам и выдвигающимся резервам войск противника, предусматривается дозаправка самолетов в воздухе, что позволит в 1,5—2 раза увеличить тактический радиус действия палубной авиации.
   При оказании поддержки с применением обычных средств поражения ударные самолеты используются отдельными группами (наряд самолетов на одну цель четыре — шесть штурмовиков). Запас имеющегося на авианосце обычного оружия обеспечивает без его пополнения до десяти самолето-вылетов на каждый штатный само-лет. При этим палубные штурмовики наносят удары главным образом в светлое время суток. При силе ветра 8—9 баллов и волнении моря 7 баллов подъем самолетов практически прекращается. В зависимости от обстановки и поставленной задачи авианосная авиация может действовать группами в составе 4—22 самолета с каждого авианосца. Большие группы (25—40 машин) применяются редко и лишь при нанесении ударов по наиболее важным объектам.
   В интересах поддержки сухопутных войск на Северо-Европейском ТВД возможно проведение морских десантных операций. Для участия в них планируется привлечь американскую и англо-голландскую бригады морской пехоты. Переброска экспедиционной бригады морской пехоты (эбрмп) США из состава 2-й экспедиционной дивизии предусматривается на десантных кораблях амфибийно-десантного соединения ударного флота. В целях сокращения сроков ее переброски из США в Северную Норвегию на территории страны ведется заблаговременное складирование оружия и боевой техники.
   Для доставки в Северную Норвегию эбрмп США может быть задействовано до 12 десантных кораблей и судов, включая два-три универсальных десантных корабля и десантных вертолетоносца. Перелет авиагруппы эбрмп (до 150 самолетов и вертолетов) будет осуществляться на авиабазы Северной и Центральной Норвегии самостоятельно. С этих аэродромов они могут оказывать поддержку силам морской пехоты при высадке как в Северной Норвегии, так и в зоне Балтийских проливов. Морская пехота Великобритании (два батальона и части усиления из состава 3-й бригады морской пехоты) и Нидерландов (1-я амфибийная боевая группа) может быть переброшена в район боевого предназначения на пяти-шести английских десантных кораблях.
   Основным предназначением сил морской пехоты на северном фланге НАТО является усиление группировки сухопутных войск блока, захват и оборона важных районов и участков, противодесантная оборона побережья. Кроме того, при благоприятно складывающейся обстановке подразделения морской пехоты могут использоваться для развития успеха наступательных действий сухопутных войск.
   Успех боевых действий на Европейском театре войны будет во многом зависеть от своевременной переброски сил усиления из США и Канады. Для защиты океанских и морских коммуникаций планируется привлекать авианосную поисково-ударную группу, подводные лодки, а также самолеты тактической и базовой патрульной авиации. Наиболее вероятным способом защиты коммуникаций в Северо-Восточной Атлантике станет защищенная зона морских коммуникаций. Проводка конвоев в Северном и Норвежском морях организуется по региональному принципу, когда ответственность за безопасность судоходства возлагается на зональные командования объединенных ВМС НАТО. Противолодочная и противовоздушная оборона конвоев осуществляется кораблями непосредственного охранения, самолетами БПА, а также береговыми средствами ПВО.
   В Норвежском море с его многочисленными фиордами, кроме обычных способов проводки конвоев, эффективным считается также способ «перетекания», который снижает эффективность воздействия авиации противника по судам и позволяет высвободить часть сил непосредственного охранения для решения других задач.
   Противоминное обеспечение конвоев предусматривает траление акватории портов, якорных стоянок, районов формирования конвоев, а также их непосредственную проводку за тралами в опасных районах силами минно-тральных групп (два-пять тральщиков). В группах тральщики действуют, как правило, строем пеленга на дистанции 1 каб друг от друга. Расстояние между группами составляет около 30 каб. Траление осуществляется на скорости хода до 6 уз.
   Командование НАТО, реализуя требования концепции «передовых рубежей», усилило внимание к практическому использованию объединенных ВМС в Северо-Восточной Атлантике, считая завоевание господства в начальный период войны в этом районе решающим условием достижения стратегических целей на Атлантическом океанском и Европейском театрах войны. Основные усилия планируется сосредоточить на блокировании и разгроме противника в Норвежском море, обеспечении боевой устойчивости своих ПЛАРБ и бесперебойном функционировании океанских и морских коммуникаций на Атлантике.

ЗВО №10 1988 г.

140

ЗАЩИТА КОММУНИКАЦИЙ НАТО НА АТЛАНТИКЕ

Капитан 3 ранга А. БИРЮСОВ

   Как отмечается в иностранной печати, трансатлантические коммуникации играют исключительно важную роль в снабжении промышленности (в том числе военной) стран блока многими видами стратегического сырья. На долю только северной части Атлантики, включенной в зону НАТО, приходится 2/з мирового судоходства и значительный объем воздушных перевозок. Ежедневно в бассейне Атлантического океана находится примерно 3350 судов, а еще около 2800 стоят под погрузкой и разгрузкой в западноевропейских портах. Более 60 проц. объема грузов мировой внешней торговли, перевозимых по морским путям, приходится на суда, следующие через Атлантику, начинающие или оканчивающие свои рейсы в ее портах.
   Опыт двух прошедших мировых войн убедительно доказал значение Атлантики как важнейшего района Мирового океана, через который проходят главные коммуникации капиталистического мира, используемые в военных целях. Так, за годы второй мировой войны здесь была организована проводка около 3 тыс. конвоев (90 тыс. транспортов). Важность этих путей сообщений была вновь подтверждена событиями англо-аргентинского конфликта, в ходе которого по трансатлантическим коммуникациям осуществлялась переброска экспедиционных сил английских колонизаторов, наращивание их мощи и снабжение.
   Руководство НАТО полагает, что и в будущей войне Атлантика останется основным океанским театром войны. Здесь, по его мнению, развернутся главные сражения флотов противостоящих коалиций, а защита ее путей (согласно западной терминологии, «атлантического моста»), по которым в угрожаемый период и на различных этапах военных действий из Америки в Европу будут перебрасываться войска стратегического резерва, вооружение, продовольствие и другие материально-технические средства в интересах первых и последующих операций вооруженных сил НАТО на континентальных ТВД, станет первостепенной задачей ОВС блока в данном регионе.
   При рассмотрении проблемы защиты «атлантического моста», как подчеркивается в иностранной прессе, командование НАТО исходит из следующих положений:
—   европейские страны НАТО в случае войны в Европе не смогут противостоять объединенным вооруженным силам Варшавского Договора без войск стратегического резерва США;
—   группировка вооруженных сил блока на Европейском театре войны сможет оказывать сопротивление противнику без пополнения запасов боевой техники и средств МТО лишь в течение первого месяца военных действий;
—   основные отрасли промышленности стран блока в Европе без восполнения запасов сырья фактически прекратят выпуск продукции через 90 сут после начала;
—   развязывание войны в Европе одновременно вызовет начало боевых действий на Атлантике, что обусловит глобальное применение ВМС США и других стран-участниц на широком фронте и на всю глубину океанского театра войны;
—   операции на континентальных и морских ТБД будут носить согласованный характер и отличаться комплексным использованием всех видов вооруженных сил блока;
—   основной задачей флотов противоборствующей стороны станет нарушение «атлантического моста» НАТО.
   Анализируя опыт использования океанских и морских коммуникаций в годы второй мировой войны, американские эксперты подсчитали, что в 1939—1945 годах союзники потеряли на Атлантике 2603 корабля и судна, а также 50 тыс. человек личного состава. В будущей войне в связи с прогнозируемым увеличением объема перевозок эти потери будут неизмеримо больше. Предполагается, что наивысший урон (до 50 проц. потерь всего торгового флота блока) придется на первые 30 сут войны. Подтверждением данного положения может служить тот факт, что на стратегическом командно-штабном учении НАТО «Винтекс-83» 7з судов и транспортов, предназначенных для переброски войск резерва и грузов, считалась уничтоженной уже через 24 ч после начала «войны». Как отмечается, увеличение доставок по воздуху и заблаговременное складирование тяжелой боевой техники в Европе лишь в незначительной степени снизят привлечение морского транспорта для перевозки грузов. 95 проц. объема грузовых перевозок по-прежнему будет осуществляться по морю. Решающая роль в недопущении (или снижении) воздействия противника на жизненно важные океанские и морские коммуникации НАТО будет отводиться ВМС.
   Главную угрозу для судоходства, по взглядам западных военных специалистов, представляют подводные лодки. Из-за огромного пространственного размаха Атлантического театра войны борьба с ними считается одной из наиболее сложных задач. Поэтому в общей системе приготовлений к войне на море империалистические государства уделяют значительное внимание развитию сил, средств и способов этой борьбы.
   Значительный урон торговому флоту НАТО на морских коммуникациях может нанести авиация. С учетом этого фактора поражение ее на аэродромах и в воздухе— одна из основных задач соединений ударного флота блока на Атлантике, развернутых на наиболее угрожаемых направлениях и подходах к маршрутам конвоев.
   Командование ОВС НАТО считает, что большую угрозу для судоходства представляет также минное оружие, выставляемое прежде всего в районах портов погрузки и выгрузки, формирования и расформирования конвоев, в проливах и узко-стях. Оно может создать значительную напряженность на коммуникациях, а иногда и полностью парализовать перевозки.
   Традиционным и довольно эффективным средством, способным нарушать морские пути сообщений, являются надводные корабли. Их роль постоянно возрастает в связи с увеличением на них количества ракетного оружия класса «корабль—корабль», разрушительная мощь которого становится все большей благодаря повышению мощности зарядов, точности поражения и дальности полета, а также улучшению способности преодолевать противоракетную оборону.
   Судя по материалам иностранной прессы, защита атлантических коммуникаций возлагается на верховного главнокомандующего ОВС НАТО на Атлантике и строится по зональному принципу (согласно организационной структуре блока и распределению обязанностей). Командующие в зонах и районах выделяют для этой цели необходимые силы. Защиту путей сообщений в европейских водах организует верховный главнокомандующий ОВС НАТО в Европе, а в зоне пролива Ла-Манш — главнокомандующий этой зоной.
   По оценке натовских специалистов, группировка ВМС, которой предстоит решать весь комплекс возложенных на нее задач, в том числе по защите коммуникаций на Атлантике, в Средиземном, Северном и Балтийском морях, выделяется из состава флотов США и других стран блока, включая Францию и Испанию. Ее численность может составить свыше 60 атомных и около 140 дизельных подводных лодок, десять многоцелевых и три противолодочных авианосца, почти 400 крейсеров, эскадренных миноносцев, фрегатов и малых противолодочных кораблей (примерно половина из них — корабли УРО, см. цветную вклейку и рис. 1), около 270 минно-тральных кораблей и более 120 ракетных катеров. В морской авиации будет до 1000 самолетов авианосной авиации и берегового базирования (в том числе более 200 базовых патрульных самолетов и свыше 80 истребителей-бомбардировщиков), а также около 500 палубных и базовых противолодочных вертолетов. В американские силы данной группировки могут входить: более 40 атомных подводных лодок, семь многоцелевых авианосцев, свыше 100 крейсеров, эскадренных миноносцев и фрегатов (из них 60 кораблей УРО), примерно 500 самолетов авианосной авиации, более 100 базовых патрульных самолетов и 100 палубных противолодочных вертолетов.
   Под защитой «атлантического моста», как отмечается в зарубежной печати, командование НАТО предполагает проведение организационных мероприятий, специальных операций наступательного характера, а также оборонительных действий.
   Организационные мероприятия включают: вывод своего коммерческого флота из портов противника, эвакуацию и рассредоточение транспортных судов, организацию обороны портов, якорных стоянок, районов формирования и расформирования конвоев, развертывание сил флотов в районах предстоящих боевых действий, а также введение военно-морского контроля над судоходством. Последнее охватывает вопросы, связанные с формированием объединенного флота транспортных судов НАТО, обеспечением их безопасности, организацией конвоев и их переходом к пунктам назначения, выбором наиболее безопасных маршрутов движения для конвоев и одиночных судов, обеспечением необходимой информацией о складывающейся обстановке в различных районах Мирового океана и другие. Органы службы военно-морского контроля будут развернуты во всех крупных портах «зон ответственности» командований ОВС блока на Атлантике, в Европе и в зоне пролива Ла-Манш.
   Деятельность ВМС США и их союзников по НАТО, подчеркивается в иностранной прессе, с самого начала войны будет носить ярко выраженный наступательный характер, а защита «атлантического моста» рассматривается в неразрывном единстве с завоеванием господства в ключевых районах океана и морей. Путем овладения ими натовское руководство рассчитывает исключить возможность использования противником сил, способных наносить удары по конвоям и создавать угрозу коммуникациям.
   Этой же цели могут быть подчинены и специальные противолодочные операции по поиску и уничтожению атомных и дизельных подводных лодок. Кроме того, намечается проведение особых операций по защите путей сообщений. К участию в них будут привлекаться авианосные и корабельные ударные и поисково-ударные группы, базовая патрульная авиация. Как показывает опыт учений НАТО, в таких операциях широкое применение найдут также тактическая авиация, самолеты ДРЛО и системы АВАКС. Основными способами защиты коммуникаций станут «защищенная зона морских коммуникаций» и «подвижная зона господства». Первый предполагает сосредоточение в конкретной операционной зоне выделенных для этого сил флота, которые будут вести боевые действия по уничтожению и вытеснению из нее противника как самостоятельно, так и во взаимодействии с другими видами вооруженных сил. Второй используется при проводке особо важных конвоев. В состав сил их охранения могут включаться авианосные и корабельные ударные и поисково-ударные группы, а также атомные подводные лодки, базовые патрульные и палубные противолодочные самолеты, обеспечивающие господство на море и в воздухе в ограниченной перемещающейся зоне.
   Оборонительные действия, по взглядам западных специалистов,  предполагают ведение противоракетной, противовоздушной, противоминной и противодесантной обороны военно-морских баз (ВМБ), портов, якорных стоянок, участков побережья и прибрежной полосы, где осуществляется формирование и расформирование конвоев, производится выгрузка войск и грузов на необорудованный берег и т. д. Защита конвоев, ранее относившаяся к чисто оборонительным мероприятиям, в настоящее время обогащается наступательной тактикой и рассматривается в качестве особой формы действий сил флота, главная цель которых — обеспечение безопасности судов. Она достигается путем принуждения противника принять бой там, где это ему не выгодно как по месту, так и по времени.
   В первые дни войны защита коммуникаций, подчеркивается в зарубежной прессе, будет осуществляться прежде всего созданием благоприятного оперативного режима для своего судоходства в ходе завоевания господства в тех районах, где противник способен наиболее эффективно воздействовать на пути сообщений НАТО. Кроме того, в целях недопущения усиления группировок противника, развернутых в Атлантике еще в мирное время, командование блока предполагает создать угрозу непосредственно у его ВМБ и на маршрутах развертывания. Такая угроза, заявляют иностранные специалисты, может стать вполне реальной, благодаря глубоко эшелонированному оперативному построению объединенных ВМС НАТО и хорошо развитой системе их базирования на Атлантике. В первом эшелоне предусматривается использовать авианосные ударные группы, которые силами палубной штурмовой авиации будут наносить удары по ВМБ и аэродромам противника, противодействовать развертыванию его кораблей и авиации в районах боевого предназначения. Силы второго эшелона должны вести борьбу против кораблей, как находящихся в океане еще с мирного времени, так и прорвавшихся через боевые порядки первого эшелона.
   В первые дни войны главные силы ударного флота и объединенные ВМС НАТО будут отвлечены на решение задач по завоеванию господства в ключевых районах Атлантики и европейских вод (по опыту учений, такими районами могут стать Северный район Восточной Атлантики, Норвежское и Северное моря). В этой связи выделять силы в состав непосредственного охранения конвоев не обязательно, за исключением особо важных случаев. Командование ОВС НАТО объясняет это отсутствием у него достаточного количества эскортных кораблей. В зарубежной печати, освещавшей ход учения «Оушн сафари-83», высказывалось мнение о том, что НАТО в зоне Атлантики требуется дополнительно не менее 250 кораблей охранения, чтобы выполнять задачи по обороне коммуникаций в полном объеме и не отвлекать для их решения корабли и авиацию, занятые другими не менее важными вопросами.
   По мнению американских специалистов, в целях поддержания необходимого уровня военных поставок в Европу блок НАТО должен располагать транспортным флотом в 4000 судов суммарным водоизмещением 50 млн. т. Они считают, что среднемесячная потребность в морских транспортных средствах будет составлять 600 судов (12 конвоев), а для их охраны необходимо 120—140 кораблей. Вместе с тем имеются сообщения печати, согласно которым для сопровождения конвоев потребуется 270 эскортных кораблей в месяц (с учетом характера боевых действий на Атлантике и последовательности выполнения флотом основных задач).
   Численность сил, выделенных из состава ВМС для защиты трансатлантических коммуникаций, как заявляют западные специалисты, явно недостаточна. Поэтому командование НАТО изучает другие пути решения данной проблемы. Довольно перспективным направлением, по его мнению, является оснащение торговых судов кентейнерными системами противолодочной и противовоздушной обороны, что повышает эффективность обороны конвоев и высвобождает часть боевых кораблей для решения других задач. Так, в США и Великобритании создается система противолодочной обороны «Арапахо», размещаемая в контейнерах. Она может быть смонтирована на контейнеровозе в течение нескольких десятков часов.
   В иностранной печати отмечается, что при определенных условиях допускается использование для перевозок одиночных скоростных транспортов. Считается, что при ежесуточном нахождении в океане значительного количества самостоятельно плывущих судов противник лишится возможности наносить по ним сосредоточенные удары и вынужден будет распылять свои силы для их поиска и уничтожения, что резко снизит устойчивость сил его флота.
   Решение вопроса о форме организации судоходства в военное время (конвои или одиночные суда) будет зависеть в каждом конкретном случае от наличия сил и средств, выделяемых для защиты коммуникаций, складывающейся на Атлантике обстановки и реальных возможностей противника.
   Торговому флоту США и других стран НАТО отводится значительное место в милитаристских приготовлениях империализма, поскольку их судостроительные программы находятся под контролем военных ведомств, а при постройке новых судов учитывается возможность использования в войне. Эти суда имеют повышенную скорость хода, значительную автономность, достаточное количество погрузочно-разгрузочных средств и могут производить выгрузку непосредственно на необорудованное побережье.
   Руководство НАТО исходит из того, что свои задачи в будущей войне торговый флот может выполнить лишь в том случае, если будут необходимые мощности для ускоренного строительства и ремонта судов с целью восполнения предполагаемых потерь на морских коммуникациях. США со времен второй мировой войны накопили большой опыт массовой постройки судов модульного типа валовой вместимостью от 6500 до 10 500 брутто per. т, которые строились в рекордно короткие сроки. Так, на строительство транспорта «Роберт Пири» (7200 брутто per. т) в 1942 году было затрачено 10,5 сут (112 ч от закладки до спуска на воду и 6 сут на достройку на плаву и ввод в эксплуатацию). Некоторые из судов военной постройки плавают до сих пор.
   Особое значение в НАТО, по взглядам зарубежных специалистов, приобретают стандартизация военных грузов, их упаковка и складирование. Пакетирование на поддонах и использование унифицированных контейнеров позволяют, по их мнению, достичь такой быстроты перегрузочных работ, которая перестроит всю систему материально-технического обеспечения.
   С целью осуществления мероприятий по организации морских перевозок, занимающих в настоящий период значительное время, командования вооруженных сил США и ОВС НАТО держат в высокой степени готовности большое количество судов, которые в случае войны в короткие сроки должны выполнить задачу по переброске в Европу войск и грузов.
   Большое внимание уделяется также совершенствованию инфраструктуры океанского и морских ТВД. По данным иностранной печати, на европейском побережье Атлантики насчитывается более 300 портов и пунктов, где могут разгружаться транспорты водоизмещением до 40 тыс. т. В последнее время расширяется сеть портов, в которых могут обрабатываться суда большого водоизмещения, совершенствуется портовое оборудование, углубляются фарватеры, строятся новые причальные линии, разрабатываются образцы мобильной техники для разгрузки судов на необорудованном побережье (плавучие причалы, краны, нефтехранилища), улучшается система навигационного обеспечения, широкое распространение находят навигационные ИСЗ.
   Реализация перечисленных мероприятий, по мнению руководства НАТО, позволит в короткие сроки повысить мобилизационные возможности торговых флотов стран блока, обеспечить их эффективное использование при перебросках и снабжении группировок вооруженных сил, ведущих боевые действия на удаленных ТВД.
   Таким образом, принимая во внимание тот факт, что значение океанских и морских коммуникаций, и в первую очередь трансатлантических, возрастает, командевания вооруженных сил США и ОВС блока считают защиту морских путей сообщения одной из главных составных частей операций сил объединенного флота, направленных на сохранение своего военно-экономического потенциала — условия, без которого, по их мнению, невозможно рассчитывать на победу в будущей войне. С этой целью руководство создало на Атлантике крупнейшую группировку военно-морских сил, представляющую угрозу свободе использования Мирового океана, угрозу миру и безопасности народов прибрежных государств.

ЗВО №6 1984 г.

141

Черноморский флот РФ пополнится 15 новыми надводными кораблями (фрегатами проекта 22350) и дизельными подводными лодками (проекта 677 "Лада") до 2020 года. Об этом сообщает РИА Новости со ссылкой на главнокомандующего ВМФ Владимира Высоцкого.
"Всего до 2020 года планируется построить для Черноморского флота 15 фрегатов и неатомных подводных лодок в соотношении 60 на 30", - заявил Высоцкий, не пояснив, означает ли это, что ЧФ получит 10 кораблей и 5 подлодок.

По словам главкома ВМФ, один фрегат и одна субмарина для ЧФ будут заложены уже в 2010 году.

Также Высоцкий уточнил, что ЧФ будет укрепляться именно за счет строительства новых кораблей, а не перевода кораблей с других флотов. Ранее в СМИ появилась информация, что сторожевые корабли "Ярослав Мудрый" и "Неустрашимый" могут быть переведены из Балтийского флота в Черноморский.

При этом высокопоставленный источник информагентства в главном штабе ВМФ пояснил, что такая возможность действительно рассматривается, однако связано это не с укреплением ЧФ РФ, а с необходимостью более оперативно реагировать на пиратскую угрозу в Аденском заливе. "Это связано с тем, что расстояние от Севастополя до Аденского залива, где действуют пираты, намного ближе, чем от Балтийска", - пояснил адмирал.
Дизель-электрические подводные лодки проекта 677 "Лада" имеют водоизмещение 1765 тонн, длину 67 метров и ширину 7,1 метра. Длительность автономного плавания - 45 суток, дальность плавания экономичным ходом составляет 650 миль. Максимальная глубина погружения для таких субмарин составляет 300 метров.

Фрегат проекта 22350 имеет водоизмещение 4,5 тысячи тонн, максимальная длина - около 130 метров. Каждый корабль будет вооружен восемью противокорабельными крылатыми ракетами 3М55 "Оникс", 130-миллиметровой артиллерийской установкой А-192, противолодочным ракетным комплексом "Медведка-2", зенитным ракетным комплексом средней дальности "Ураган". Кроме того, на фрегате базируется вертолет Ка-32.

http://lenta.ru/news/2010/06/23/ships/

142

только описание больше подходит к 11356..

143

Фрегат проекта 22350 имеет водоизмещение 4,5 тысячи тонн, максимальная длина - около 130 метров. Каждый корабль будет вооружен восемью противокорабельными крылатыми ракетами 3М55 "Оникс", 130-миллиметровой артиллерийской установкой А-192, противолодочным ракетным комплексом "Медведка-2", зенитным ракетным комплексом средней дальности "Ураган". Кроме того, на фрегате базируется вертолет Ка-32.

Эти данные наверняка не соответствуют истине. Просто переписываются друг у друга

144

Очередные тезисы от г-на Высоцкого
http://echo.msk.ru/programs/voensovet/697595-echo/

О "Булаве": -Цитата "...Я могу сказать, что, безусловно, мы этого не отрицаем, есть и определённые организационные промахи, и достаточно существенные, но просто-напросто мы сегодня двинулись так, что назад-то у нас пути уже нету, хотя параллельные работы, конечно, определённые ведутся."

Отредактировано Алексей (2010-07-27 11:21:55)

145

мы сегодня двинулись так

:D

146

вот такая картинка попалась.

147

Остатки былой роскоши   :(

148

И все же,если сложить,очень даже еще мощно.Разрозненность-вот проблема.

149

DELTA-4 написал(а):

Разрозненность-вот проблема.

ну так география, туды ее в качель..

150

имей Россия возможность быстро и без проблем перебрасывать на любой ТВД любой БНК... на сколько жизнь бы стала проще  :D