50% российских школьников мечтают уехать из России на фоне постоянных блокировок популярных в стране интернет-сервисов.

За неделю украинские беспилотники нанесли четыре удара по двум крупнейшим нефтяным портам России на Балтике — Усть-Луге и Приморску. Через эти терминалы проходит почти половина всего морского экспорта российской нефти, около 1,7 млн баррелей в сутки. Повреждения резервуаров, причалов и сливо-наливных эстакад уже привели к остановке отгрузок, и даже если восстановление займет несколько дней, рынок потеряет значительные объемы. Что ждет рынок нефти и как Россия ответит на прямую атаку со стороны НАТО?

Атаки на балтийские порты показали, насколько уязвима система ПВО на западном направлении и как сильно экспортная инфраструктура завязана на несколько крупных терминалов. Мировой рынок нефти, и без того дефицитный из-за кризиса в Иране, скорее всего, отреагирует новым скачком цен.

Для атак, судя по траектории полетов, использовалось воздушное пространство стран Балтии, входящих в НАТО. Это превращает удары по российской инфраструктуре из эпизодических инцидентов в акт, в котором альянс, предоставив свою территорию, становится соучастником. Тем самым возникает вопрос о том, как Москва будет отвечать на прямое вовлечение НАТО в атаки на ее стратегические объекты?

Военный эксперт Владимир Орлов в беседе с Накануне.RU подтверждает, что независимо от того, откуда были запущены беспилотники, использование странами НАТО своего воздушного пространства для этой атаки указывает на коллективную ответственность альянса. А отсутствие должного контроля и фиксации пролетов беспилотников со стороны российских сил ПВО говорит о недостаточной готовности системы обороны к подобным сценариям.

Владимир Орлов указывает на маршрут, которым дроны могли достичь Ленинградской области: "По всей видимости, НАТО решило открыть свое воздушное пространство для ударов по инфраструктуре территории России, — говорит Орлов. — Все эти события прямо нам на это указывают". Он считает маловероятным вариант запуска из Черниговской области Украины с пролетом через Брянскую область РФ — в таком случае дроны фиксировали бы российские средства ПВО, и им оказывалось бы более действенное противодействие.

К ударам с западного направления, по его словам, не были вполне готовы, плотность систем ПВО в регионе оказалась недостаточной. Эксперт уточняет, что из примерно 90% сбитых беспилотников некоторые все же достигают целей. "Не на всех направлениях у нас достаточная плотность систем ПВО либо мобильных огневых групп. К этому нужно стремиться, но пока еще не на всех направлениях необходимая плотность достигнута", — поясняет он.

Атака на Усть-Лугу, по его оценке, была скоординированной — по целям работали порядка 30 беспилотников, что свидетельствует о хорошо подготовленной операции с использованием натовской инфраструктуры.

Стоимость строительства порта Усть-Луга оценивалась примерно в 90 млрд рублей, и нанесенный ущерб, по мнению Орлова, велик. Он подчеркивает, что использование территории Прибалтики для запуска БПЛА не может быть просто местной инициативой, это действия, в которые вовлечены все структуры НАТО, находящиеся в регионе.

"Если НАТО предоставило свою инфраструктуру для удара по территории России, значит, это уже открытые боевые действия. Нужно прямо это политически продекларировать и дальше действовать, исходя из той логики, которая будет обозначена", — считает эксперт.

Эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков в беседе с Накануне.RU отмечает, что в западной прессе появились оценки, согласно которым, Россия из-за ударов по Усть-Луге якобы лишилась 40% экспортных мощностей, но все-таки выводы делать еще рано. "Нужно подождать, посмотреть, что там в ближайшее время заработает, а что не заработает, тогда можно будет говорить только о степени повреждения. Такой информации нет", — говорит Юшков.

Если сокращение экспорта действительно окажется значительным, это неизбежно скажется на мировых ценах. Россия — один из крупнейших экспортеров жидких углеводородов, мы вывозим около 7 млн баррелей в сутки. "Уход даже 40% или меньше приведет к дополнительному дефициту и дополнительному росту цен, — поясняет Юшков. — За счет оставшихся объемов мы все равно будем зарабатывать больше на каждый баррель. Это как минимум частично компенсирует сокращение объема".

Эксперт подчеркивает, что без экспортного потока из Усть-Луги Россия выживет, однако проблемы могут возникнуть не столько с загрузкой нефтеперерабатывающих заводов, сколько с перенаправлением сырой нефти на альтернативные маршруты. По словам Игоря Юшкова, нефтепродуктов мы вывозили не так много, а основной объем дизеля шел по отдельному нефтепродуктопроводу "Север" именно в Приморск, который также подвергся атакам и степень повреждения которого пока неизвестна.

Перенаправить полный объем на другие порты крайне сложно. Восточное направление ВСТО (нефтепровод "Восточная Сибирь — Тихий океан"), которое могло бы частично компенсировать потери балтийского направления, работает на пределе. "Что-то попытаются догрузить железной дорогой и вывозить через Дальний Восток, но это более затратный способ, и далеко не вывезешь", — отмечает Юшков.

Он также обращает внимание, что стратегического хранилища нефти в России нет, и удар пришелся не на подъездные пути, а на терминалы погрузки: доставить нефть до порта можно, но загрузить ее на танкер не получится, пока не восстановят поврежденные причалы и эстакады. В этих условиях, по словам эксперта, не исключено, что России придется на какое-то время сокращать добычу.

Что касается внутреннего рынка топлива, то его ценообразование, по словам эксперта, зависит от внутреннего регулирования, а не от мировых цен. Правительство с 1 апреля вводит запрет на экспорт бензина, что должно затормозить рост цен в рознице и на бирже.

Атака беспилотников показывает недостаточную плотность размещения систем противовоздушной обороны, что становится причиной проникновения отдельных БПЛА глубоко внутрь российской территории. Несмотря на высокие показатели эффективности перехвата (около 90%), наличие уязвимых зон создает риски для стратегических объектов. Необходимость модернизации и расширения сети ПВО признается как приоритетная задача для повышения уровня национальной безопасности, считает Владимир Орлов.

Вопрос о реакции России на данную ситуацию остается открытым. Эксперт указывает на необходимость признания факта агрессии со стороны НАТО и принятия политических решений, направленных на защиту национальных интересов. Возможные меры включают официальное заявление о нарушении международного права и начало дипломатического давления на страны-члены альянса. Однако конкретные шаги зависят от внутренней политики и готовности руководства страны к эскалации конфликта.

https://www.nakanune.ru/articles/124515/